Первый раз Юрий Титович Шутов попал под пресс государственной системы еще в 1981 г. Слишком принципиальный молодой сотрудник Ленгороблстатуправления не сработался с руководством и, в результате, после того как в Смольном произошел пожар, крайним назначили его.
Шутов провел в СИЗО несколько лет, был оправдан, эмигрировал.
Поверив в грядущее демократическое преобразование России, Юрий Титович вернулся. Около полугода Шутов работал в команде Собчака, затем разорвал со своим патроном. Юрий Шутов публично заявлял о встрече Собчака с сотрудниками ЦРУ (на данном мероприятии обсуждался вопрос развала ряда производственных предприятий на территории РФ, в том регионе, который находился в поле влияния Собчака), готовил к печати книгу «Собчачье сердце», первую в серии «Ворье».
Юрию Титовичу, по его словам, звонили и предупреждали, что так делать не надо. Он не послушался. Последствия заставляют задуматься о справедливости обвинения в совершении тяжких преступлений, брошенном Шутовым Собчаку и его команде, в которую тогда входили ныне известные всем Путин, Медведев, Кудрин и Греф.
6 октября 1991 Шутов был зверски избит в собственном доме.
По словам Юрия Титовича налетчики требовали отдать им рукописи и документы а, не добившись желаемого, проломили ему череп его же собственным молотком.
Ранение легко могло стать смертельным, но, к счастью, Юрий Шутов отличался, на тот момент, богатырским здоровьем. Он пришел в себя, успел вызвать скорую. В военной клинике Шутов провел около полугода.
Тем временем «Собчачье сердце» вышло в печать. Юрий Титович приступил к работе над следующей книгой и почти сразу же был арестован. В производивших задержание оперуполномоченных ОРБ ГУВД Ленинграда Цыганке, Уварове и Цыцуряке Шутов без труда опознал тех самых налетчиков.
В постперестроечном законодательстве еще не было понятия «экстремизм», и следствию пришлось потрудиться, вспомнить не очень хорошо забытое старое. Дело на Шутова было состряпано в лучших традициях процессов «врагов народа». Правда, отсутствовали потравы скота и рытье канала из Питера в Германию, зато присутствовали все нераскрытые громкие убийства, произошедшие в городе, расстрел литовских пограничников в Медининкае, организация покушения на тогдашнего президента Азербайджана Эльчибея и поджог гостиницы «Ленинград».
Однако в те годы контроль произвола над правосудием был не так силен, как сейчас. В 93 г. Юрий Титович вышел под расписку, а в 1996 был оправдан подчистую.
НЕ СОГЛАСНЫЙ МОЛЧАТЬ
Освободившись, Шутов не внял новым предупреждениям. Он писал книги, работал в думской комиссии по расследованию итогов приватизации в Питере. Были собраны, преданы огласке, переданы в правоохранительные органы документы по:
    * деятельности корпорации «Двадцатый трест» (свидетельство о регистрации подписано Путиным 20 октября 1992 года, прохождение финансовых потоков контролировалось Медведевым постоянно, утечка из горбюджета Петербурга только в 1993 году составила 4,5 млн. долларов);
    * переводу нескольких миллионов долларов на восстановление православного храма в Греции (контролировался Медведевым, дальнейшая судьба денег неизвестна);
    * распродаже кораблей ВМФ через порт Ломоносов (производилась Путиным и бывшим командующим Балтийского флота Гришановым);
    * реализации по договору № 11 от 13.01.92 г. стратегического сырья (редкоземельных металлов) на сумму 6 млн. марок по ценам, заниженным относительно мировых до 2000 раз (операция проводилась замом Путина Аникиным);
    * и многому- многому другому.
Юрию Титовичу даже удалось добиться возбуждения на В.В. Путина персонального уголовного дела.
Понятно, что накануне операции «преемник-1» такой человек стал особенно неудобен.
Юрий Шутов, вместе с Эдуардом Лимоновым и «портосовцами» попал под предвыборную зачистку политического пространства.
ПО СТАНДАРТУ СВЯТОЙ ИНКВИЗИЦИИ
Сила доказательств, на которых базировалось новое обвинение, предъявленное Юрию Титовичу, потрясает.
По официальной версии некий зэк Егоров, сидя в камере, вдруг решил почитать газету «Асток», почитал, вскочил как ужаленный и начал барабанить в дверь, крича: «Хочу к тюремному оперативнику!» Тюремному оперативнику, а также «случайно» оказавшемуся в нужном месте сотруднику РУБОП Нигматуллину, Егоров сообщил, что, выйдя в 1997 году на свободу, попытался (неудачно) сменить воровство на иной вид профессиональной деятельности. Бывший сокамерник, к которому он (Егоров) обратился за помощью, предложил ему пошпионить за каким—то коммерсантом, жившим на набережной реки Карповки. Теперь же он прочитал об убийстве адвоката, живущего на Карповке, и предполагает что этот адвокат (Дубовик) и был объектом слежки.
Также Егоров заявил, что его несостоявшийся наниматель упомянул фамилию известного в городе депутата Шутова Ю.Т. Из этого и Егоров, и следствие сделали вывод, что Шутов и был заказчиком убийства, а также организатором банды, в которую входил сокамерник Егорова.
После этого Егорова обвинили в бандитизме, однако жизнь сие ему не ухудшило, даже наоборот. Вскоре Егоров был освобожден из тюрьмы в связи с «тяжелой болезнью». Больше всего в этой истории поражает способность Егорова к весьма своеобразному ясновидению. Ибо хотя убийство Дубовика действительно имело место, но газета «Асток» о нем напечатать не могла, в принципе. В данном издании публикуются исключительно рекламные объявления.
Еще одним краеугольным камнем обвинения был донос от некого предпринимателя Вячеслава Шевченко, заявившего, что Шутов «наезжал» на него и планировал его убийство.
Следует отметить, что Шутов действительно «наезжал» на Шевченко. Юрий Титович, будучи главой думской комиссии по приватизации, добивался привлечения Шевченко к уголовной ответственности. Маленький экскурс в историю — по стандартам Святой инквизиции данный донос, как исходящий от явного недоброжелателя, не мог бы быть пущен в ход.
Остальные элементы обвинения были накручены на два этих обстоятельства.
И ПРИМКНУВШИЙ К НИМ ШУТОВ
    «Он (Шутов) был депутатом, баллотировался в думу, у него была приемная. А в такие приемные идет народ, постоянная текучка, люди, люди, люди. Шли, шли, шли. И каждый шел со своей бедой. В том числе и ранее осужденные были. Просили помочь работу найти, помочь устроиться… И это все потом интерпретировали, так то, что он занимался подбором кадров для своей банды», — рассказывает Нина Ивановна Польченко (Комитет защиты политузников — борцов за социализм).
    «Взять дело Шутова, по эпизодам посмотреть, — говорит адвокат Михаил Трепашкин. — Перечисляют, кто там убивал, куда шел, что совершил, описываются подробно обстоятельства тех убийств, которые были совершены когда-то, а потом, в конце привязывается к деятельности этой группы Шутов. Даже в советские времена (в эти времена Михаил Трепашкин был старшим следователем по особо важным делам), когда исследовали организационную деятельность определенных групп, требовалось обязательно, по указанию Верховного суда, во вступительной части перечислить — что это за группа, когда она сформировалась, как она образовывалось, какое было распределение ролей, какова иерархия и обязательно требовали приведения доказательств.
    Иерархия — докажите, что это было так. Группа создана — докажите, что это так! Что предварительный разговор был — докажите, что это так. Организовал он — докажите, что он организовал. Убийство совершено, при его организующей роли — докажите, что оно было совершено именно той группой, которую он организовал и как заказал. У него в обвинении ничего этого нет. Нет конкретики в действиях обвиняемого. Что он, допустим, такого-то попросил, такому-то дал нож, такого-то отправил туда... Там описываются действия других лиц, а потом, вместе с их фамилиями появляется фамилия Шутова. И дается всей этой группе обвинение.
    Получается кто-то, с кем он был знаком, где-то что-то совершил, а Шутова потом подтягивают к этому эпизоду и направляют как организатора. Я еще понимаю, если бы было в заглавной части, что он организовал, он давал указания, где-то хотя бы что-то обобщающее, но и обобщающего то нет. Есть одни голые формулировки обвинения, не подтвержденные конкретными доказательствами, либо, в крайнем случае, опирающиеся на показания одного — двоих людей, причем людей, заинтересованность которых очевидна».
ОМОН — АРГУМЕНТ ПРОКУРОРА
Шутов был брошен за решетку 16 февраля 1999 г.
16 ноября 1999 Куйбышевский суд Санкт-Петербурга рассмотрел жалобу адвокатов Юрия Титовича и счел, что на основании аргументов, предъявленных прокуратурой, держать человека в СИЗО нельзя. Судья изменил меру пресечения на подписку о невыезде и вынес частное определение о признании возбуждения уголовного дела на Шутова незаконным.
Юрий Титович оказался на свободе на две минуты. Затем в ход пошел еще один аргумент обвинения.
В судебный зал ворвался отряд ОМОНа. Правоохранители избивали журналистов, избивали людей, в том числе и пенсионеров, пришедших поддержать своего депутата, сломали руку одному из телеоператоров.
Сильнее всего пострадал сам Юрий Титович. Экзекуторы перебили ему ударом приклада позвоночник, швырнули искалеченного человека в машину и увезли в неизвестном направлении.
Впоследствии оказалось, что Шутов был переведен в следственный изолятор Нижнего Новгорода.
Через несколько дней представители прокуратуры объявили на пресс-конференции — приказ об аресте Шутова был отдан в связи с тем, что в деле «открылось» 11 новых эпизодов.
В сентябре 2002 Верховный суд РФ признал содержание Шутова под стражей незаконным. Юрий Титович освобожден не был.
ТОРЖЕСТВО ПРАВОСУДИЯ НАД…
Затем Шутов долго кочевал между СИЗО и тюремными больницами.
Качество медицинской помощи, предоставляемой в заведениях такого рода, понятно. Для эффективного лечения человека, получившего тяжкие травмы головного и спинного мозга, оно явно не достаточно. В результате у Юрия Титовича развились
    «…симптомы тяжелой (злокачественной) артериальной гипертензии (артериальное давление 240/130 мм ртутного столба) и прогрессирующей недостаточности мозгового кровообращения…» (по заключению доктора медицинских наук, академика РАМТН Баллюзека Феликса Эдмундовича).
В 2006 году начался процесс.
Юрий Титович не мог, как не может и до сих пор, самостоятельно передвигаться. Медики в тяжелых ботинках привозили его в суд, привязав к инвалидному креслу. Юрий Титович периодически терял сознание, судья Иванов А.И расценивал это, как отказ отвечать на вопросы.
Затем Шутова, после соответствующего определения г. Иванова, и вовсе перестали вывозить на заседания. Надо думать, для того, чтобы он не позорил своим видом существующий в РФ государственный строй. Также г. Иванов отстранил от участия в суде товарищей Шутова по политической борьбе Гимранова и Денисова. Они, в отличие от Юрия Титовича, были способны говорить, а, значит, способны и сказать лишнее.
Более того, из процесса был выведен защитник Шутова.
Еще можно вспомнить, что такое дело в то время должна была рассматривать коллегия из двенадцати присяжных, а рассматривала коллегия из двух народных заседателей, причем одна из кивал даже не имела соответствующего статуса … В общем, исход был предсказуем…
Юрий Титович, оба его товарища по борьбе, двое обычных зэков, отказавшихся подыгрывать следствию даже в малом, получили пожизненное. Кое—кому, наоборот, соседство на скамье подсудимых с Шутовым пошло на пользу. Так Рогожин, заявивший, что был знаком с Шутовым, и что Шутов набирал куда-то людей (той самой конкретики, на отсутствие которой обращает внимание Михаил Трепашкин, не было и в его показаниях) получил 10 лет. Суровый приговор? Если учесть, что Рогожин был призван виновным в 10 убийствах, не говоря уже о грабежах, разбоях и похищениях — мягко скажем — не очень.
ОСНОВАНИЯ НАЙДУТСЯ ВСЕГДА
После суда Шутов был отправлен в печально известный «Белый лебедь».
В настоящий момент Юрий Титович по-прежнему прикован к инвалидному креслу.
Нормальная медицина еще могла бы помочь ему, возможно даже сумела бы поставить его на ноги, но нормальной медицины нет — есть медицина в тяжелых ботинках. В результате состояние здоровья Шутова продолжает ухудшаться.
    «…Все вышеизложенное свидетельствует о том, что больной Ю.Т. Шутов нуждается в незамедлительной госпитализации в специальный многопрофильный нейрососудистый стационар, иначе угроза летального исхода ожидаема в любой момент, вследствие нарастающих заболеваний головного и спинного мозга с выраженными стойкими поражениями диффузного и очагового характера, дисциркулярной энцефалопатией III стадии…» (Из медицинского заключения доктора медицинских наук, профессора, академика РАМТН Баллюзека Феликса Эдмундовича ).
Следует отметить, что перед операцией «преемник-2» изоляция Юрия Шутова была ужесточена.
Была подвергнута цензуре его переписка с адвокатом, что является практически беспрецедентным нарушением права не защиту, конечно с точки зрения здравого смысла и российского законодательства (ст. 2 ч. 91 УИК), но не с точки зрения ФСИН. Полковник внутренней службы В.И. Лопатин, отвечая на жалобу адвоката С.С. Кузьминых, письменно подтвердил, что: « … В ОИК-1 ИК-2 имеется мотивированное постановление начальника учреждения от 10.01.2007 о контроле переписки осужденного Шутова с адвокатами», и гордо заявил: «Основания для этого, указанные в законе, найдутся всегда».
СЛЕДУЕМ ПРЕЖНИМ КУРСОМ?
    «Если бы политическая линия Путина отличалась от политической линии, проводимой Собчаком, если бы Путин реально заботится об интересах государства и торжестве права — по делу Шутова не был бы вынесен такой приговор, — говорит Михаил Трепашкин, — Сейчас мы увидим, удастся ли нам добиться пересмотра дела Юрия Шутова при Медведеве?»
Что ж. Посмотрим...