Так рассказывают о трагедии экскурсоводы мемориального комплекса, энциклопедии и путеводители. Написаны книги, сняты фильмы, собраны воспоминания. Но при этом долгие годы о подробностях и деталях карательной операции ничего не рассказывали и не писали. Но если были жертвы, значит, были и палачи. Кто они? Комитет государственной безопасности БССР провел основательное расследование — в 14 томах уголовного дела № 104 были собраны факты чудовищных преступлений одного из главных палачей Хатыни Григория Васюры. Лишь в 80–е годы удалось раскрыть его «заслуги». Хотя после войны его судили за сотрудничество с немцами, приговорили к 25 годам ИТЛ. Но освободили по амнистии. В 1986 году в Минске трибунал Белорусского военного округа вынес ему приговор об исключительной мере наказания. Никаких публикаций о процессе в прессе того времени не было...

Что же такое рассказал подсудимый перед тем, как ему был заслуженно вынесен смертный приговор?

Из школы пропагандистов — в каратели

Из протокола допроса Г.Васюры 17.04.1986 г.

«Я признаю себя виновным в том, что будучи офицером Красной Армии и оказавшись в плену у гитлеровцев, изменил Родине — в феврале 1942 года дал согласие на сотрудничество с немцами и тогда же добровольно поступил в школу пропагандистов «Восточного министерства» Германии в населенном пункте Вустрау (Германия), которая готовила кадры из числа советских военнопленных для ведения антисоветской пропагандистской работы в пользу немцев на оккупированной территории Украины... После окончания школы в октябре 1942 года меня в группе в количестве не менее 50 человек в сопровождении немецкого офицера направили в гор. Киев. Там всех нас зачислили в местную полицию... В ноябре 1942 года я добровольно поступил на службу в 118–й украинский полицейский батальон, сформированный в гор. Киеве, для несения охранной службы, о чем нам было объявлено при зачислении в это немецкое формирование... Будучи на службе в 118–м полицейском батальоне, я принял присягу на верность службы в немецкой армии, носил установленную форму, получал ежемесячно 30 немецких марок, стоял на довольствии, имел на вооружении сначала винтовку, а затем пистолет бельгийского производства. За службу у гитлеровцев я был награжден немецким командованием медалью для восточных народов... Мне было присвоено немецкое воинское звание «лейтенант».

Медаль, звание и 30 марок Васюре достались за добросовестную службу. Старался от души. Особенно «прославился» вместе со своим батальоном уничтожением людей в Бабьем Яре... А вскоре его назначили начальником штаба 118–го полицейского батальона. И отправили в оккупированную Белоруссию.

Из протокола допроса Г.Васюры 17.04.1986 г.:

«В период дислокации батальона на территории Белоруссии мне неоднократно приходилось участвовать в карательных операциях против партизан и мирного населения в различных районах и населенных пунктах. В ходе этих операций личный состав батальона вел бои с партизанами, уничтожал мирных жителей, грабил их имущество, сжигал деревни, задерживал для отправки на работы в Германию молодых и здоровых людей».

Рутинная работа гнусных карателей... На территории Минской, Витебской и Гродненской областей Васюра участвовал не менее чем в 6 карательных операциях, в которых было убито более 340 мирных белорусов. Васюра лично их истязал и расстреливал. В приговоре военного трибунала — немало чудовищных эпизодов его «работы». Так, «во время допроса двух юношей Васюра и переводчик батальона Лукович жестоко их избивали, подвергали пыткам, зажимали дверью им пальцы рук, а затем заставили их выкопать во дворе яму и расстреляли».

Огненный ад

Утром 22 марта 1943 года на перекрестке Плещеницы — Логойск — Козыри — Хатынь партизаны отряда «Мститель» обстреляли легковую машину, в которой ехал командир одной из рот 118–го полицейского батальона гауптман Ганс Вёльке. (В 1936 году он успешно участвовал на Олимпиаде в Берлине.) В оккупированной Белоруссии Вёльке участвовал в карательных операциях, убивая евреев и белорусов.

Из доклада майора охранной полиции Эриха Кёрнера окружному начальнику СС и полиции Борисова в Плещеницах:

«22.03.1943 г. между Плещеницами и Логойском бандами была разрушена телефонная связь. Для обеспечения охраны строительной команды и ликвидации возможных препятствий на дороге в 9.30 были направлены 2 взвода и 1 рота 118–го полицейского батальона под командованием гауптмана полиции Вёльке. Примерно в 600 м за Губой им встретились рабочие на валке леса. На вопросы они показали, что не видели никаких бандитов. Когда отряд продвинулся примерно еще на 300 м, он подвергся сильному пулеметному и ружейному огню с востока. В завязавшемся бою были убиты гауптман полиции Вёльке и 3 украинских полицейских, еще 2 полицейских были ранены.

После короткой, но ожесточенной перестрелки противник отошел в восточном направлении... взяв с собой убитых и раненых... Для преследования отошедшего противника затем были посланы большие силы, в том числе подразделения батальона СС Дирлевангера. Противник тем временем отошел в деревню Хатынь, известную своим дружелюбием к бандитам. Деревня была окружена и атакована со всех сторон... В ходе боевых действий наряду с 34 бандитами было убито много жителей села. Часть из них погибла в пламени».

О каких «боевых действиях» доложил эсэсовец своему начальству? Обычная гитлеровская гнусность — согнать женщин и детей в сарай и сжечь — вот и все «военные действия»...

Из материалов уголовного дела № 104:

«Участие Васюры в жестокой расправе над жителями деревни Хатынь, где он вместе с другими командирами руководил подчиненными ему карателями, приказывал сгонять людей к сараю, организовывал и контролировал действия полицейских по уничтожению людей и лично стрелял по ним, подтверждено показаниями очевидцев расправы».

Из показаний Остапа Кнапы:

«После того, как мы окружили деревню, через переводчика Луковича по цепочке пришло распоряжение выводить из домов людей и конвоировать их на окраину села к сараю. Выполняли эту работу и эсэсовцы, и наши полицейские. Всех жителей, включая стариков и детей, затолкали в сарай, обложили его соломой. Перед запертыми воротами установили станковый пулемет, за которым, я хорошо помню, лежал Катрюк. Поджигали крышу сарая, а также солому Лукович и какой–то немец. Через несколько минут под напором людей дверь рухнула, они стали выбегать из сарая. Прозвучала команда: «Огонь!» Стреляли все, кто был в оцеплении: и наши, и эсэсовцы. Стрелял по сараю и я».

Из показаний Ивана Петричука:

«Мой пост был метрах в 50 от сарая, который охранял наш взвод и немцы с автоматами. Я хорошо видел, как из огня выбежал мальчик лет шести, одежда на нем пылала. Он сделал всего несколько шагов и упал, сраженный пулей. Стрелял в него кто–то из офицеров, которые большой группой стояли в той стороне. Может, это был Кёрнер, а может, Васюра. Не знаю, много ли было в сарае детей. Когда мы уходили из деревни, он уже догорал, живых людей в нем не было — дымились только обгоревшие трупы, большие и маленькие... Я должен подчеркнуть, что деревню сожгли немцы, приехавшие из Логойска, а мы им только помогали. Правда, грабили мы ее вместе. Помню, что из Хатыни в батальон привели 15 коров».

В огненном кошмаре выжили лишь трое — семилетний Витя Желобкович, двенадцатилетний Антон Барановский и деревенский кузнец Иосиф Каминский...

«По вновь открывшимся обстоятельствам»

За усердие убийца белорусских детей Васюра был награжден медалью. А 118–й батальон продолжил свой кровавый путь. Сожженные деревни, убийства крестьян...

После освобождения Белоруссии Васюра, ставший гауптманом СС, бежал вслед за немцами на Запад, потом вернулся в СССР. Жил в селе в Киевской области. Похоже, после всех чудовищных злодеяний жизнь была ему совсем не в тягость. Семья, дом, достаток. Был он даже заместителем директора совхоза. И... почетным курсантом Киевского высшего военного инженерного училища связи, которое окончил до войны, — кто в училище знал, что бойкий дедок, охотно рассказывающий разные, почерпнутые из газет, истории про войну, — убийца?

И лишь в 80–е годы «по вновь открывшимся обстоятельствам» было возбуждено уголовное дело. Следователи буквально по крупицам собирали доказательства и свидетельства очевидцев. Но и после вынесения приговора Васюра обращался с прошением о помиловании: «Прошу дать возможность мне, больному старику, дожить свою уже короткую жизнь со своей семьей на свободе».

Думал ли он о тех, кто тоже хотел жить со своими семьями, но сгорел в огне? О тех, по ком днем и ночью звонят колокола Хатыни... Кто оставил нам, живым, слова на черном мраморе: «Люди добрые, помните: мы любили и жизнь, и Родину, и вас, дорогие. Мы сгорели живыми в огне. Наша просьба ко всем: пусть боль и печаль станут силой и мужеством, чтоб смогли вы мир и покой на земле увековечить, чтобы нигде и никогда в вихре пожаров жизнь не умирала».

Дата публикации: 23.03.2008

©1998-2007 Все права принадлежат редакции газеты «Советская Белоруссия».

При использовании материалов портала ссылка на источник обязательна.
В Интернет - гиперссылка «СБ-Беларусь Сегодня».

   

---

© "Объективная газета"

НАШ БАННЕР:

При любом использовании материалов сайта, гиперссылка на http://www.og.com.ua/ желательна. Редакция "Объективная газета" может не разделять точку зрения авторов статей и ответственности за содержание републицируемых материалов не несет.